?

Log in

Отдых в деревне

Вернулась из деревни. Была ужасно тоскливая погода. У меня еще хуже живот разболелся. И никакого улучшения. И посмотрите, какие чудные ролики сделала Маргоша...






Tags:

Сегодня был очень насыщенный день. Я целый день гуляла на улице. Представляете, я даже загорела. Приходили мои ученики - болтали всякие глупости, было очень смешно. С Костей сидели у странной горочки, прозванной нами "моргом". Вернее, это он так назвал. Я ужаснулась: такие красивые скамейки поставили у морга?! А потом оказалось, что это печальное здание вовсе не засекречено там.
Больница старая, территория большая. Потом я нашла чудную скамейку - спрятанную от всех. Там я скромно расположилась со своими красками и рисовала. Правда, могло бы и лучше получиться. Вот интересно, куда я потом картины девать буду?!
Какое все неудобное и маленькое в телефоне.
Пока что ничего толкового не делают. Психолог посоветовала рисовать. Как только начинает болеть - рисуй. Видимо, вчера ночью тоже так надо было сделать. Нарисовано пока что два "журавлика". А Маргошка даже сняла сам процесс создавания. Даже не видно, что это больница.
Вот что получилось.
Даже в больнице что-то происходит. Со мной лежит в палате бабушка 91 год. Она выглядит прекрасно. Забавно, она живет в моем районе и жила там всю жизнь. Рассказала, что изменилось, как жили раньше, что было и в ульмановские времена и во время войны. Милая старушка с хорошей памятью. И все ей говорят, что у нее ошибка с датой рождения. Выглядит лет на 70 - никто не верит, что ей 91. В общем, общаюсь с живой историей.

С Днем Победы!

Не подтвердилось!

Всех с Днем Победы! Страничка из бабушкиного блокнотика - дневник на самом деле она никогда не вела, а вот эти юношеские блокнотики с пожеланиями, рисунками, стихами хранила. И вот среди польских строчек нашла такое стихотворение. Бабушка в ту пору русский язык знала еще плоховато.

Feb. 17th, 2016

Завтра меня ругайте на чем свет стоит!
Наверное, целый час идет дождь. Я смотрю в маленькое окошко деревенского домика, слюнявлю карандашик и жду ревнивую рифму. Дождь идет мимо меня и моих стихов, раздается однообразное шуршание мокрых листьев. Ни одной умной мысли: в жизни бесконечно идет дождь: стык, сток, стек. Глаза прищурены, хочется спать, а я заставляю себя творить.

Вдруг в том же окошке появляется серый мотылек: он вместе со мной смотрит на мокрую рощу. На миг замирает, а потом снова бьется такой ненужный миру и такой необходимый мне. Это моя надежда так же разбивает крылья о стекло времени. Сколько ему нужно сил? Не знаю... Он завис на одной и той же ноте, я не мешаю ему, только чуть слышно пальчиком барабаню мелодию его жизни, моей жизни. Бедное трепыхающееся насекомое никогда не остановится: вот оно карабкается сильными лапками вверх по оконной раме, затем снова падает: вверх, вниз, улыбка, карниз, смех, грех... Нельзя молчать, нельзя стоять на месте – только вперед. Откуда-то мотылек знает формулу моего существования – иногда он оглядывается, поворачивая свою мохнатую мордочку ко мне. Его маленькие крылышки никогда не позволят разбить стекло – только разбиться об него. Что произойдет, если он остановится? Что произойдет, если стекло рассыплется? На высокой ноте невозможно жить – нечаянно сорвешься. Он об этом знает, не хуже меня, и все равно отчаянно стремится попасть в застеколье, как будто там его встретит другой, сказочный дождь: крылышки не станут мокрыми, а напротив – высохнут даже слезы. Мотылек в том мире никогда не был: нельзя побывать в призрачной стране, минуя стекло – только сквозь него; тем не менее он знает, что там, – иначе бы так не стремился туда попасть. Надо только очень захотеть. Иди, родной, ко мне в руки: больно одному, но еще больнее, когда тебя берут на руки – все крылья обдерут. А дождь все идет и идет: не имеет смысла травмировать свои крылья, но еще больше не имеет смысла сидеть в темноте. Я буду стремится к свету даже ценой своей жизни. Там, по ту сторону стекла, всегда есть слушатель дождя и ветра, там можно увидеть цветные сны, там можно побороть свои страхи. И пусть этот путь к свету будет бесконечным, ведь мы с ним оба знаем: чем быстрее доберешься до света, тем быстрее умрешь.

Страшное дребезжание: в звон стекла улетели мы с мотыльком. Ловите нас.
Дай Бог, чтобы все в этот раз состоялось, а то в прошлую пятницу показать не получилось - серьезно заболели мои близняшки. "Истина настолько проста, что за нее даже обидно!"

Очень медленно что-то стала работать над рассказами. Год назад была первая часть написана, сейчас вторая. Буду рада комментариям и замечаниям.

2. Вслед за Буяном

В каждом из нас спит «минотавр» или маленький «минотаврик». Моим чудовищем души стала собака. До сих пор образ пса в моем воображении сливается с мифическим чудовищем: зубы на полморды, глаза непременно налиты кровью, он жаждет вкусить моего жилистого мяса.

Всегда вызывает улыбку и непонимание у людей мое замешательство перед собакой. Приятный домашний зверь становится чудовищем внутри меня, моим буйным туром, сражающимся со мной, словно храбрый Всеволод; собака - это черное пятно на моем солнце. Увы, за долгие годы ничего не изменилось. Липкий страх не оставляет меня ни на минуту. Если мне нужно пройти мимо большого четвероногого друга, я покрываюсь холодным потом, не могу сдвинуться с места, хватаюсь за спасительную руку кого бы то ни было, легко перехожу на другую сторону, с опаской оглядываюсь на бедное животное, которое почему-то провожает меня взглядом. Самый любимый образ собаки – большой страшный бультерьер, сидящий на цепи за высоким забором, а я наблюдаю за ним из окна троллейбуса. Именно в этой ситуации он мне представляется грустным и несчастным... Всякий раз я еду по своим мыслям куда-нибудь далеко и все жалею и жалею этого пса.

Когда мне было семь лет, Read more...Collapse )

Latest Month

July 2016
S M T W T F S
     12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930
31      

Tags

Syndicate

RSS Atom
Powered by LiveJournal.com
Designed by chasethestars